В такой ситуации современные теоретики «освобождения» искусства от идеологических мотивов получают возможность вербовать себе новых сторонников, особенно из числа художников, переживающих кризис политических взглядов. Подобно своим идейным предшественникам, они делают основную «ставку» на уроки истории мирового искусства. Приводимые ими в этой связи «исто рические свидетельства», призванные внушить читателю соответствующую мысль,— обычно предвзятые оценки творчества известных художников прошлого. Например по утверждению английского эстетика Г. Рида, человечество обязано высшими достижениями живописи тем мастерам, которые сумели избежать в своем искусстве злобы дня и «не сознавали социального контекста соб- ственной деятельности» . Он имеет в виду Сезанна, Гогена и Матисса. Значительно ниже оценивает Рид творчество Курбе, Писсаро и Морриса, одаренных, но, к его сожалению, «политически сознательных художников»м. Оставив в стороне вопрос о вкусах, заметим, что вводимый английским эстетиком «табель о рангах», в основу которого положен уровень приветствуемой им социально-политической «инфантильности» художников, является типичным примером идеалистической вульгаризации взаимосвязи художественного творчества и политического сознания. Аналогичных примеров можно было бы привести немало. Итак, отрицание принципиальной совместимости в творчестве политической заинтересованности и высокой художественности было выработано по существу задолго до того, как вопрос об их совместимости стал обсуждаться применительно к современному искусству.